Наука. Общество. Оборона. 2026. Т. 14. № 2. С. 18–18. 

Nauka. Obŝestvo. Oborona. 2026. Vol. 14, no. 2. P. 18–18.

УДК: 327 

DOI: 10.24412/2311-1763-2026-2-18-18

Поступила в редакцию: 02.05.2026 г.

Опубликована: 30.05.2026 г.

Submitted: May 2, 2026

Published online: May 30, 2026 

Для цитирования: Кашенина Г.В. Иордания и Ливан: основные аспекты двусторонних отношений (2011-2025 гг.) // Наука. Общество. Оборона. 2026. Т. 14, №2(47). С. 18-18. 

https://doi.org/10.24412/2311-1763-2026-2-18-18.

For citation: Kashenina G.V. Jordan and Lebanon: Key aspects of bilateral relations (2011-2025). – Nauka. Obŝestvo. Oborona = Science. Society. Defense. Moscow. 2026;14(2):18-18. (In Russ.). 

https://doi.org/10.24412/2311-1763-2026-2-18-18.

Конфликт интересов:  О конфликте интересов, связанном с этой статьей, не сообщалось.

Conflict of Interest: No conflict of interest related to this article has been reported.

    

© 2026 Автор(ы). Статья в открытом доступе по лицензии Creative Commons (CC BY). https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/ 

© 2026 by Author(s). This is an open access article under the Creative Commons Attribution International License (CC BY)

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Оригинальная статья

ИОРДАНИЯ И ЛИВАН: 

ОСНОВНЫЕ АСПЕКТЫ ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИЙ (2011-2025 гг.)

Кашенина Галина Валерьевна ¹

 ¹ Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова, 

г. Нижний Новгород, Российская Федерация, 

ORCID: https://orcid.org/0009–0009–2011–173Х, e-mail: dany.kloun@mail.ru

Аннотация: 

В статье рассматриваются основные аспекты отношений между Иорданией и Ливаном в период, последовавший после начала «арабской весны» в регионе Ближнего Востока, которая в меньшей мере затронула Иорданию. Автор анализирует такие сферы двустороннего сотрудничества, как: политико-дипломатическое, торгово-экономическое и гуманитарное. Специфика развития двустороннего сотрудничества является наиболее актуальной темой для исследований в современном мире. Вот почему торгово-экономическое взаимодействие этих двух стран является одним из значимых факторов международной политики. Также в статье упоминаются наиболее успешные сферы данного сотрудничества, проанализировав которые мы можем сделать вывод о том, что оно является взаимовыгодным. Анализируются основные аспекты двусторонних отношений Иордании и Ливана в период правления Абдаллы Второго – преимущественно от начала «арабской весны» и до 2025 года, когда Ливан и Иордания вновь начали активно взаимодействовать на международной арене. Занявший престол после смерти в 1999 году отца, Хусейна ибн Талала, Абдалла Второй предпринял попытку сближения и углубления двусторонних отношений с Ливаном при президентах Мишеле Ауне, Ниджибе Микати и Жозефе Ауне.

Ключевые слова: иордано-ливанские отношения, арабские отношения, двустороннее сотрудничество, торгово-экономический сектор, Ближний Восток, гуманитарное сотрудничество, сирийский кризис, кризис беженцев, принцип невозвращения беженцев, уровень безработицы, Организация освобождения Палестины, гражданская война в Ливане, конфликт в Газе, электроэнергия в обмен на воду, египетский газ, Меморандумы о взаимопонимании, УВКБ ООН, Международная организация труда, Всемирная продовольственная программа, Абдалла II, Наджиб Микати, Аль-Хасауна 

ВВЕДЕНИЕ

Рассматривая иордано-ливанские отношения следует отметить, что связи между двумя странами существовали на протяжении нескольких десятилетий. Различные аспекты современной внешней политики Иордании и Ливана, основные их векторы и положения в меняющемся мире, стали предметом детального анализа ряда российских и зарубежных ученых: Г.Л. Асатрян – «Особенности воздействия внешнеэкономического фактора на хозяйственные системы арабских стран (на примере Иордании, Ливана и Сирии)» [1], С.В. Куликова – «Особенности политики Ливана и Иордании в отношении сирийских беженцев» [2], А.М. Вартанян – «Об энергетической сделке Египта, Иордании, Ливана и Сирии» [3], Ю.Б. Щегловин – «О факторах, препятствующих реализации сделки по поставкам энергоресурсов в Ливан через территорию Иордании и Сирии» [4], О.П. Бибикова – «Проблемы Ливана, Сирии и Иордании на фоне внешнеполитических изменений в регионе» [5] и др.

Несмотря на это, избранная тема до сих пор была достаточно мало изучена как отечественными, так и зарубежными исследователями. Во всяком случае, она не выступала объектом комплексного научного исследования. Таким образом, нами впервые в российском востоковедении предпринята попытка рассмотрения и анализа основных аспектов двусторонних отношений Иордании и Ливана (2011-2025 гг.).

Иорданию и Ливан связывают прочные исторические отношения, возникшие в результате неизменной стратегии внешней политики Иордании, направленной на поддержание и развитие крепких и братских отношений с арабскими странами, а также на невмешательство в их внутренние дела и поддержание прочной основы этих отношений. С этой точки зрения Иордания всегда имела дело с ливанским государством, представленным его законными правительствами и институтами, и никогда не вмешивалась во внутренние дела Ливана, в то же время прилагая все возможные усилия для установления безопасности и стабильности в Ливане и расширения суверенитета ливанского государства на всей его территории [22]. 

Одним из сближающих факторов Иордании и Ливана, помимо культурных и исторических связей, является территориальное расположение. Обе страны расположены в регионе Леванта. Помимо этого, их сближают библейские сюжеты и христианские религиозные памятники, происходящие и расположенные на территории двух государствах. Обе страны входили в состав различных внешних держав: от древней Персидской, Македонской и Римской империй до Османской империи. В конце Первой мировой войны обе страны находились под мандатом Британской империи и Франции. 

Современные связи между Иорданией и Ливаном возобновились в XX веке после падения колониальной политики и обретения суверенитета. В большинстве своем, правительства Иордании и Ливана поддерживали дружеские отношения. Однако в 1970 г. начались волнения в Иордании и Ливане, когда Организация освобождения Палестины (ООП) и вооруженные силы Иордании сражались в Аммане, что завершилось событием Черного сентября. Иордания изгнала ООП в Ливан, что вылилось в начало гражданской войны в Ливане, которая обострила межконфессиональные конфликты внутри страны, а отношения между двумя государствами обострились [6]. Иордания, напротив, во время гражданской войны в Ливане превратилась из страны со слабой экономикой в страну с растущей стабильной экономикой на Ближнем Востоке благодаря иностранным инвестициям. После окончания ливанской войны в 1990-х годах две страны восстановили отношения.

РАЗВИТИЕ ПОЛИТИКО-ДИПЛОМАТИЧЕСКОГО ДИАЛОГА ИОРДАНИИ С ЛИВАНОМ

В феврале 2017 г. президент Ливана Мишель Аун и король Иордании Абдалла II договорились «активировать двусторонние иордано-ливанские отношения и укрепить их во всех сферах», а также «координировать позиции перед ожидаемым арабским саммитом в Иордании в марте, чтобы занять единую позицию, подтверждающую арабскую солидарность в решении текущих вызовов, в центре которых стоит сопротивление терроризму» [12].

Президент Аун и король Абдалла также решили созвать Ливанско-иорданский Верховный комитет после саммита под председательством обоих правительств для реализации достигнутого соглашения по укреплению сотрудничества между двумя странами в экономической, безопасности, военной, туристической и сельскохозяйственной сферах, а также подписания новых соглашений, поддерживающих это сотрудничество.

Кроме того, монарх Иордании и президент Ливана договорились «координировать действия между силами безопасности обеих стран для противодействия вызовам и угрозам, а также принять меры для предотвращения проникновения террористов на территории обеих стран».

Ливанская община в Аммане в октябре 2017 г. провела прием по случаю прощания с главой ливанской дипломатической миссии в Иордании, посла Али Аль-Мавлы. Ливанская община в Иордании насчитывает 7500 человек, почти половина из которых имеет иорданское гражданство [11]. В церемонии приняли участие бывший спикер Сената, президент Иордано-ливанской лиги Тахер Аль-Масри, генеральный секретарь Министерства внутренних дел Самир Мубайдин и руководители дипломатических миссий.

Примечательно, что аль-Маула проработал в Иордании одиннадцать лет и был повышен до посла, после чего было принято решение перевести его на должность директора Департамента арабского мира в Министерстве иностранных дел своей страны.

В марте 2019 г. спикер ливанского парламента Набих Берри встретился в Аммане с королем Иордании Абдаллой на полях 29-й конференции Арабского межпарламентского союза (APU), где обсуждались ряд вопросов, включая готовность Иордании обменять воду на электричество с Ливаном [13].

Оба политика обсудили совместную иордано-ливанскую обеспокоенность по поводу присутствия сирийских беженцев на их территории и давления, которое это оказывает на обе страны. Они подчеркнули необходимость найти решение кризиса беженцев с учетом «гуманитарного решения, которое позволит как можно скорее вернуть перемещенных лиц в их страну». Оба придерживались схожих позиций относительно необходимости координации между Ливаном и Сирией, а также между Иорданией и Сирией по вопросам возвращения беженцев.

Двусторонние переговоры также касались ряда вопросов, связанных с взаимными отношениями и сотрудничеством между Ливаном и Иорданией, а также арабскими отношениями в целом. Что касается иордано-ливанских экономических отношений, Берри подчеркнул давний кризис электроэнергии в Ливане, на что иорданский король выразил готовность предоставить Ливану электроэнергию в обмен на воду.

Министр иностранных дел и эмигрантов Ливана Абдулла Бу Хабиб принял в сентябре 2021 г. посла Иордании в Ливане Валида Хадида [16]. В заявлении, опубликованном министерством иностранных дел Ливана, говорилось о том, что оба дипломата обсудили пути восстановления совместного иордано-ливанского Высшего комитета, а также вопрос импорта газа из Египта и электроэнергии из Иордании. Бу Хабиб подтвердил стремление Бейрута укрепить иордано-ливанские отношения в различных сферах.

В сентябре 2021 г. в Аммане состоялась иордано-ливанская встреча для обсуждения поставки египетского газа в Ливан через Иорданию и Сирию [14]. Ливанская делегация продолжила обсуждение между иорданским и ливанским правительствами по деталям, связанным с поставкой газа в Ливан. Министры энергетики Иордании, Египта, Сирии и Ливана договорились поставить египетский природный газ в Ливан через Иорданию и Сирию.

За несколько дней до этого премьер-министр Иордании Бишер Аль-Хасауна встретился со спикером ливанского парламента Набихом Берри в присутствии заместителя премьер-министра, министра иностранных дел и экспатриантов Аймана Сафади и посла Иордании в Ливане Валида Хадида.

Затем Аль-Хасауна провел двусторонние переговоры со своим ливанским коллегой Наджибом Микати. Это произошло после расширенных обсуждений в присутствии ряда министров и чиновников обеих сторон. Обсуждения касались двусторонних отношений между Иорданией и Ливаном, а также путей укрепления совместного двустороннего сотрудничества во всех сферах. Во время встречи Аль-Хасауна сказал: «Я нахожусь в Ливане, чтобы выразить постоянную солидарность между двумя странами». Официальный визит был проведен на фоне поздравления премьер-министра Наджиба Микати с формированием правительства, а также сосредоточился на способах усиления сотрудничества в энергетической сфере и ускорении темпов работы по завершению проекта по поставке египетского газа и электроэнергии в Ливан через Иорданию и Сирию [15].

Аль-Хасауна и Микати договорились, что две страны обсудят шаги и исполнительные механизмы для расширения сотрудничества в области торговли, сельского хозяйства и энергетики. Они также рассмотрели возможность предоставления Иорданией части необходимых Ливану фармацевтических препаратов и содействия в процессе регистрации некоторых видов лекарств на ливанском рынке. Аль-Хасауна подчеркнул, что регион заинтересован в безопасности и стабильности Ливана как активного участника региональной политики.

Со своей стороны, Микати высоко оценил поддержку, которую Иордания оказывает Ливану в различных сложных ситуациях. Он отметил, что решение 2005 года об отмене въездных виз в обе страны способствовало их сближению.

Министр социальных дел Ливана Гектор Хаджар в январе 2022 г. был приглашен в Иорданию министром социального развития Иордании Айманом Аль-Муфлехом. Во время встречи министерство социального развития Иордании и Национальный фонд помощи проинформировали ливанского министра о готовности предоставить свои услуги и помощь ливанскому правительству. Кроме того, встреча была посвящена обмену опытом между двумя странами, особенно стратегии социальной защиты [17]. Два министра также обсудили активизацию соглашения о сотрудничестве, подписанное между двумя министерствами в 2015 году. 

В марте 2023 г. заместитель премьер-министра и министр иностранных дел Иордании Айман Сафади и министр иностранных дел Ливана Абдалла Бу Хабиб обсудили двусторонние отношения, а также региональные и международные вопросы, представляющие взаимный интерес [18].

В совместных пресс-релизах Сафади подтвердил «стратегические и исторические» иордано-ливанские отношения, указав на десятилетия сотрудничества, координации и совместных действий в интересах обеих стран, а также на благо общеарабских интересов и вопросов. Сафади заявил, что Иордания продолжит поддерживать Ливан, чтобы помочь ему преодолеть нынешний кризис и «восстановить безопасность и статус Ливана как маяка в арабском регионе». Он добавил, что поддержка Королевством Ливана, согласно указаниям короля Абдаллы, «непоколебима», но реформы и решение проблем должны начать свою работу внутри Ливана. Министр выразил уверенность, что ливанский народ сможет преодолеть трудности и достичь необходимого консенсуса, чтобы активировать институциональную работу, позволяющую институтам служить интересам Ливана и его народа. Сафади отметил, что его переговоры с Бу Хабибом касались экономического сотрудничества, включая поставку электроэнергии в Ливан через Сирию, после подписания соглашения о финансировании с Всемирным банком. Сафади заверил ливанского коллегу, что Иордания продолжит поддерживать Ливан и его обязательства предоставить Ливану 100 мегаватт электроэнергии сразу после одобрения финансирования Всемирным банком.

Что касается сирийских беженцев, Сафади отметил, что обеспечение им достойной жизни – ответственность как принимающих стран, так и международного сообщества, добавив, что Королевство продолжит оказывать помощь беженцам до тех пор, пока условия не позволят им вернуться домой. Министр отметил, что Королевство работает в координации с международным сообществом для поиска решения сирийского кризиса через инициативу Иордании, основанную на арабской роли, которая напрямую взаимодействует с сирийским правительством и применяет пошаговый подход для достижения постепенного решения, которое положит конец кризису и решит все его политические и гуманитарные последствия.

Министр отметил, что Королевство вновь подтвердило свою позицию поддержки палестинского народа и его прав, продолжая региональную и международную координацию для прекращения продолжающихся нарушений прав человека и попыток изменить исторический и правовой статус-кво исламских и христианских святых мест в Иерусалиме.

Кроме того, в ходе переговоров обсуждались пути укрепления братских отношений между двумя странами, последние региональные и международные события, а также ситуация в регионе, в частности продолжающиеся израильские нарушения на оккупированных палестинских территориях [20].

В ноябре 2023 г. Король Иордании Абдалла II и премьер-министр Ливана Наджиб Микати провели встречу в Аммане, где призвали к активизации международных усилий по достижению прекращения огня в Газе [19]. Король подчеркнул важность гуманитарного перемирия для обеспечения устойчивой доставки помощи в Газу и беспрепятственной работы международных гуманитарных организаций на осажденной палестинской территории. На встрече также было уделено внимание обсуждению ситуации в Ливане, по которой король призвал активизировать усилия по предотвращению распространения конфликта в Газе и подчеркнул поддержку Иорданией усилий Ливана по укреплению стабильности и безопасности.

Во время визита в Ливан в январе 2025 г. заместитель премьер-министра и министр иностранных дел Иордании Айман Сафади провел двусторонние встречи со спикером Палаты представителей Набихом Берри, премьер-министром Наджибом Микати, министром иностранных дел Абдуллой Бу Хабибом и премьер-министром Навафом Саламом [21]. Сафади во время пресс-релизов после встречи подчеркнул постоянную позицию Иордании в поддержке Ливана, его безопасности, стабильности и суверенитета, отметив, что новый текущий этап станет «хорошим началом для Ливана», чтобы преодолеть вызовы прошлого и двигаться к лучшему будущему.

После встречи с Микати Сафади поблагодарил его за усилия по развитию иордано-ливанских отношений. Он подчеркнул, что «иордано-ливанские отношения исторически и стратегически основаны на братских отношениях», и его визит, организованный Его Величеством королем Абдаллой II, «отражает твердую позицию Иордании в поддержке Ливана, безопасности Ливана и стабильности Ливана».

Проанализировав события, произошедшие между Иорданией и Ливаном в 2011-2025 гг. мы пришли к выводу, что произошло развитие политико-дипломатического сотрудничества и были предприняты шаги со стороны Иордании для поддержания Ливана, а именно: поддержка правительством Иордании инициатив Ливана, направленных на оказание поддержки и помощи палестинским беженцам, продвижение энергетического сотрудничества между странами, а также активный обмен делегациями между Иорданией и Ливаном, что укрепило развитии двусторонних политико-дипломатических отношений.

ОСОБЕННОСТИ ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА (Кооперация в сфере торговли)

Между экономикой Иордании и Ливана есть сходство: обе страны являются источником квалифицированных кадров и зависят от денежных переводов от экспатриантов. Иордания занимает второе место в арабском мире после Ливана по средней величине денежных переводов экспатриантов, и эти две страны зависят от туризма как источника дохода в иностранной валюте. Последствия войны в Сирии прямо отразились на движении торгового обмена между Ливаном и арабскими странами, что вызвало большое экономическое давление на две страны, и есть надежда, что международное сообщество внесет свой вклад в поддержку двух стран, чтобы они могли снова возродить свои экономики, особенно потому, что Сирия представляет собой главную артерию для транзитного движения грузовиков из Ливана в арабские страны.

Чтобы помочь Ливану и Иордании сдержать энергетический кризис 19 августа 2021 г. президент Ливана объявил, что Соединенные Штаты проинформировали Мишеля Ауна о разработке плана, включающего Иорданию, Сирию и Египет. 

Правительство Ливана заявило в своем аккаунте в социальных сетях, что Аун получил телефонный звонок от посла США в Бейруте Дороти Ши, во время которого она сообщила ему о решении администрации США помочь Ливану импортировать электроэнергию из Иордании через Сирию и через Египет [23]. Посол США пояснила, что по словам ливанского председательства, план предусматривает содействие транспортировки египетского газа через Иорданию и Сирию в северный Ливан. При этом она отметила, что ведутся переговоры со Всемирным банком для обеспечения финансирования по цене египетского газа, ремонта и укрепление линий электропередачи, а также необходимого ремонта газопроводов. Сообщалось, что Сирия отклонила предложение американского посла Ауну. 

19 января 2022 г. министр энергетики Иордании Салех аль-Харабше объявил о намерении Иордании 26 января подписать соглашение о транзите и контракт на поставку Ливану части его потребностей в электроэнергии из Иордании через сирийскую электрическую сеть. Харабше подчеркнул важность соглашения, чтобы помочь ливанцам удовлетворить часть их потребностей в электроэнергии во исполнение директив короля Абдаллы II. По его словам, соглашение предусматривает, что Ливан будет получать около 150 мегаватт электроэнергии с полуночи до шести утра, а в остальное время – 250 мегаватт. Министр Харабше подтвердил, что проект принесет пользу электросистеме Иордании, поскольку Ливан будет получать электроэнергию напрямую от сетей электропередач. Он пояснил, что цена продажи электроэнергии в Ливан не принесет никаких убытков иорданским электрическим системам, указав, что стоимость распределения не будет включена в цену продажи. 

26 января 2022 г. министры энергетики Ливана, Сирии и Иордании подписали два соглашения о поставках в Ливан иорданской электроэнергии через сирийскую территорию [24]. Первое соглашение предусматривало закупку электроэнергии между Иорданией и Ливаном, второе – соглашение о передаче электроэнергии между тремя странами. 

Таким образом, особенности торгово-экономического сотрудничества Иордании и Ливана связаны с энергетическим кризисом, который затрагивает обе страны. Но, благодаря усилиям правительств двух стран, таких как подписание соглашений и активный обмен правительственными делегациями Иордании и Ливана, существует возможность позитивного решения кризиса.

СОТРУДНИЧЕСТВО В ГУМАНИТАРНОЙ СФЕРЕ (Кризис беженцев, как объединяющий фактор)

Ливан и Иордания одинаково сталкивались с наибольшим притоком сирийских беженцев. Правовые рамки обоих государств для решения проблемы сирийских беженцев демонстрировали давнюю неоднозначность подхода. Хотя и Ливан, и Иордания в разное время принимали у себя большое количество палестинских и иракских беженцев, ни одна из стран не ратифицировала Конвенцию Организации Объединенных Наций о статусе беженцев 1951 года или сопутствующий протокол 1967 года. Конвенция определила классификацию беженцев и правовые обязательства принимающих стран по отношению к беженцам, включая гарантии их прав на свободу передвижения, защиту, правосудие и труд. Протокол устранил географические и временные условия, ограничивающие применимость конвенции к лицам, перемещенным во время Второй мировой войны и до 1951 года. Основой обоих документов являлся принцип невыдворения – идеи о том, что беженцы не могли быть насильственно возвращены в район, где их свободы находились под угрозой и жизни угрожала опасность [7]. 

В отличие от конвенции 1951 года и протокола к ней, правительства Ливана и Иордании рассматривали беженцев как гостей. Следовательно, ни одна из стран не была обязана признавать права, гарантированные конвенцией, если только эти права не были закреплены в других международных договорах, таких как Всеобщая декларация прав человека. В свою очередь, благополучие беженцев зависело исключительно от щедрости принимающих стран и международных организаций. Этот гостевой подход был частично направлен на предотвращение интеграции беженцев и обеспечение их возможного возвращения в страны их происхождения.

В 1998 году правительство Иордании подписало меморандум о взаимопонимании с Управлением Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев (УВКБ ООН). УВКБ ООН действовало в стране без какой-либо правовой базы с 1991 года после наплыва беженцев, вызванных первой войной в Персидском заливе. В 1997 году Соглашение о сотрудничестве предоставило УВКБ ООН иммунитет и привилегии, необходимые для ведения своей деятельности, и открыло путь к подписанию Меморандума о взаимопонимании в 1998 году. Меморандум о взаимопонимании принял определение беженца, аналогичное тому, что было принято в Конвенции о беженцах 1951 года, и заявлял о приверженности Иордании международным стандартам защиты беженцев. Он явно признал принцип невозвращения и право беженцев временно оставаться в стране. Иордания также обязалась уважать свободу беженцев исповедовать свои религиозные убеждения без дискриминации, их право на доступ к судам и правовой помощи, право на работу и освобождение от штрафов за превышение срока пребывания и сборов за выезд. Защитники беженцев считали, что Меморандум о взаимопонимании не гарантировал большинство прав Конвенции и не внес изменений в действующее законодательство, которое уже гарантировало те же права, иногда в более широком масштабе.

Ливан подписал меморандум о взаимопонимании с УВКБ ООН в 2003 году. До этого УВКБ ООН действовало на основе джентльменского соглашения с ливанскими властями и испытывало трудности с поиском временных решений для беженцев в стране. Однако значительный рост числа задержаний и депортаций беженцев с 1999 года вынудил УВКБ ООН вступить в длительные переговоры с ливанскими властями, которые привели к подписанию Меморандума о взаимопонимании [10]. Меморандум был воспринят как первый шаг к защите беженцев, прежде всего потому, что он впервые признал право оставаться в Ливане для лиц, опасающихся возвращения в свои страны происхождения. Однако он подвергся критике за недостаточную защиту беженцев, особенно за то, что в нем не упоминался принцип невыдворения и его действие ограничивалось лицами, ищущими убежища, которые зарегистрировались в УВКБ ООН в течение двух месяцев после незаконного въезда в Ливан.

Меморандумы о взаимопонимании рассматривались как альтернативные режимы защиты, обеспечивающие правовую основу для регулирования статуса беженцев в Иордании и Ливане. Однако их сфера действия ограничивалась поиском временных гуманитарных решений для беженцев, не являющихся палестинцами, без предложения долгосрочного решения.

Меморандумы о взаимопонимании устанавливали, что оба государства являлись «транзитными странами», которые не брали на себя ответственность за защиту беженцев в долгосрочной перспективе. Меморандум с Иорданией заявлял о намерении страны укрепить свой институт предоставления убежища и создать в будущем внутреннюю систему предоставления убежища. С другой стороны, меморандум Ливана четко оговаривал, что Ливан не считал себя страной предоставления убежища из-за социальных, экономических и демографических соображений, а также из-за присутствия палестинских беженцев. Он даже уточнял, что термин «лицо, ищущее убежища» означал «лицо, ищущее убежища в стране, отличной от Ливана». 

Меморандумы о взаимопонимании не предоставляли достаточных гарантий защиты беженцев, но предоставляли принимающим государствам большую свободу действий в вопросе устранения этих пробелов. Можно утверждать, что эта свобода действий побуждала принимающие государства проявлять определенную степень снисходительности, часто называемую «режимом толерантности». Они часто применяли гибкий подход к длительному присутствию беженцев посредством непоследовательных и ситуативных мер защиты, одновременно блокируя перспективы постоянного проживания.

Однако степень толерантности, по-видимому, определяется уровнем вовлеченности международного сообщества в поиск долгосрочных решений. Например, ливанские чиновники оправдывали отказ в длительном содержание беженцев тем, что это могло бы создать стимул для их переселения. Аналогичным образом, массовая депортация Иорданией сотен суданских беженцев в декабре 2015 года произошла в то время, когда к ним проявлялось мало международного интереса. Обе страны обеспокоены тем, что благоприятный режим для беженцев мог бы создать фактор притяжения для беженцев в регионе и снизить шансы на их переселение. Этот режим «терпимости» в основном опирался на поддержание беженцев в нестабильном положении и применение к ним политики исключения, которая обеспечивала их видимость для международного сообщества и невидимость для местного населения. Это можно измерить по следующим аспектам:

• Принцип невыдворения: Лица, признанные УВКБ ООН нуждающимися в международной защите, не получали автоматической защиты со стороны принимающих государств от выдворения. Оба меморандума о взаимопонимании подразумевали, что принимающие государства сохраняли за собой право депортировать признанного беженца по истечении срока, установленного в меморандуме. На практике власти проявляли относительную гибкость в отношении этих сроков, но постоянно сохраняли угрозу выдворения. Кроме того, как Иордания, так и Ливан систематически применяли практику длительного административного задержания, чтобы подтолкнуть беженцев к возвращению в страны происхождения и одновременно оказать давление на УВКБ ООН с целью ускорения процесса переселения.

• Правовой статус: Статус беженца, предоставленный УВКБ ООН, не давал автоматического права на проживание или пребывание в принимающей стране. Меморандумы о взаимопонимании предусматривали, что беженцы, зарегистрированные в УВКБ ООН, могли получить временный правовой статус до переселения, но беженцы редко пользовались этим статусом. В Ливане они могли получить разрешение на передвижение, действительное максимум один год, но эти разрешения не выдавались систематически иммиграционными властями. В Иордании Министерство внутренних дел ставило свою печать на карту беженца УВКБ ООН, но УВКБ ООН часто затягивало этот процесс сертификации до тех пор, пока не было обеспечено переселение. В результате беженцы имели нестабильный правовой статус в принимающих странах и к ним относились так же, как и к другим мигрантам. Несмотря на отсутствие систематических или массовых арестов, беженцы постоянно подвергались риску ареста за нарушения иммиграционного законодательства.

• Право на труд: В соответствии с меморандумами о взаимопонимании, УВКБ ООН несло основную ответственность за удовлетворение социально-экономических потребностей беженцев. Доступ беженцев к работе был серьезно ограничен, что ограничивало их способность к самообеспечению и поддерживало их постоянную зависимость от международной помощи. В официальном дискурсе говорилось о необходимости для принимающих стран предотвратить конкуренцию на рынке труда и безработицу. В результате беженцы часто были вынуждены зарабатывать на жизнь на нелегальном рынке среди экономически маргинализированных местных общин. Власти проявляли относительную снисходительность к этим формам нелегальной иностранной рабочей силы, но это изолировало беженцев от формальной экономики и подвергало их риску ареста за нелегальную работу.

На момент подписания меморандумов о взаимопонимании в Иордании было зарегистрировано менее 5000 беженцев и лиц, искавших убежища, под контролем УВКБ ООН, а в Ливане – около 3000. Таким образом, меморандумы не были предназначены для реагирования на ситуации масштабной вынужденной миграции или на затяжные ситуации с беженцами.

В результате меморандумы оказались не в состоянии регулировать массовый приток беженцев из Ирака после 2003 года и Сирии после 2011 года. В обоих случаях УВКБ ООН использовало групповые механизмы, которые приостановили индивидуальное рассмотрение заявлений о предоставлении убежища и переселении. 

Тем не менее, в 2014 году в меморандум о взаимопонимании с Иорданией были внесены поправки, продлевающие сроки пребывания в стране, что свидетельствует о явном намерении правительства сохранить свою политику в отношении беженцев в рамках меморандума, несмотря на трудности с его реализацией. Ливан, с другой стороны, считал, что кризис с сирийскими беженцами выходит за рамки меморандума. В этом контексте обе страны усилили свое участие в выполнении обязанностей, переданных УВКБ ООН меморандумами, главным образом в контроле за регистрацией. Иордания осуществляла собственную процедуру регистрации сирийских беженцев и ввела ограничения на регистрацию в УВКБ ООН. Ливан постепенно поручил УВКБ ООН ограничить количество зарегистрированных сирийцев, пока в мае 2015 года окончательно не запретил УВКБ ООН регистрировать новых беженцев.

Помимо политики правительств, граждане Иордании и Ливана имеют схожие взгляды на присутствие беженцев в своих странах. Как в Ливане, так и в Иордании местные общины приняли семьи беженцев и предоставили им еду, кров и основные услуги. Однако гостеприимство и щедрость иорданского и ливанского народа не безграничны. Многие общины, оказывающие поддержку беженцам, небогаты и прекрасно осознавали негативное влияние притока беженцев на их местную экономику. Иорданцы широко выражали недовольство тем, что им приходится конкурировать с иракскими и палестинскими беженцами за рабочие места. Граждане обоих государств также обвинили беженцев в повышении уровня преступности и создании беспорядков. Сообщается, что даже беженцы, переселившиеся в Иорданию и Ливан ранее, недовольны вновь прибывшими из-за дополнительной нагрузки на ресурсы и усиления конкуренции за рабочие места.

Небольшая часть сирийских беженцев в Иордании – менее 120 тыс. человек – проживала в двух лагерях для беженцев. Более крупный из этих лагерей, известный как Заатари, постепенно превратился в постоянное поселение и, с населением 80 тыс. человек. Тем временем подавляющее большинство беженцев рассредоточено по всей территории страны и значительно нагружает слабую экономику Королевства, где нехватка рабочих мест является серьезной проблемой [8].

Официально уровень безработицы составлял около 12%. Среди молодежи уровень безработицы достиг 30%. Неудивительно, что появление сотен тысяч сирийцев на рынке труда еще больше увеличило безработицу среди иорданцев, поскольку предприятия заменяют местных жителей, которые должны получать минимальную зарплату в размере 268 долларов в месяц, на более дешевую сирийскую рабочую силу. По данным Международной организации труда, в районах с высокой концентрацией сирийских беженцев уровень безработицы среди иорданцев вырос до 22%. Сирийские беженцы оказывают давление и на рынок жилья в Иордании. Спрос на жилье поднял арендную плату. Стоимость продуктов также выросла. 

Доступ к государственным ресурсам, особенно к начальному образованию, является еще одной проблемой. Например, до начала войны в Сирии северный иорданский город Мафрак, расположенный всего в десяти милях от сирийской границы, был населен 80 тыс. человек. К 2014 году их число выросло до 200 тыс. Чтобы справиться с наплывом беженцев, в Мафраке и других частях Иордании государственные школы теперь работают в две смены: иорданские дети учатся утром, а сирийские ученики – днем.

В Ливане, где сирийские беженцы составляли четверть населения, также существуют проблемы, связанные с переизбытком беженцев. Прибытие 1,5 млн, в основном суннитских сирийских беженцев, привело к жестким действиям со стороны правительства. Согласно ливанскому законодательству, сирийцы в Ливане были обязаны получить шестимесячный вид на жительство стоимостью $200, который ограничивал из в трудоустройстве [8]. Хотя многие беженцы действительно работали нелегально, их доход, согласно Международной организации труда, был на 40% меньше установленной минимальной зарплаты в Ливане в размере 448 долларов в месяц. Тем временем безработица среди ливанцев удвоилась, достигнув 24% общего числа и 35% среди молодежи. Согласно официальным данным правительства, уровень бедности среди ливанцев также вырос на две трети.

Около 86% сирийцев Ливана проживало в бедных деревнях, имея мало возможностей для трудоустройства или образования. Почти половина из них проживала в недостроенных зданиях, пустых магазинах, на парковках и на окраинах сельскохозяйственных полей, в том числе в преимущественно шиитских районах, таких как долина Бекаа. Преступность выросла на 60%, а 26% заключенных Ливана составляли сирийские беженцы, задержанные за ограбления, бродяжничество или нелегальную работу. 

Помимо этих микроуровневых изменений, беженцы также обременяют инфраструктуру Ливана, особенно системы электроснабжения, водоснабжения и образования и истощают национальные финансы. В 2015 году и Иордания, и Ливан столкнулись с значительными бюджетными дефицитами из-за расходов на беженцев и других потерь доходов, связанных с Сирией, таких как торговля и туризм. Иордания не получила всю ожидаемую международную помощь беженцам, поскольку донорские средства постепенно сократились, государство превысило расходы на 660 млн долларов, или на пять процентов от своего бюджета в 11,4 млрд долларов. В Ливане дефицит составил 33%, 5,1 млрд долларов.

В значительной степени бюджетные дефициты в Иордании и Ливане связаны с недостаточной международной финансовой помощью [9]. В 2020 году Организация Объединенных Наций обратилась за пожертвованиями в размере 4,5 млрд долларов для обеспечения жизненно важной продовольственной и другой помощью уязвимым сирийским беженцам по всему региону. Однако на сегодняшний день ООН достигла лишь 37% этой цели, и, по данным УВКБ ООН, наибольшие пробелы в финансировании сохраняются в Ливане и Иордании. Например, Иордания получила всего 466 млн долларов из 1,19 млрд, которые ООН определила Амману для размещения беженцев, а Ливан получил всего 649 млн из 1,97 млрд долларов.

Нехватка финансирования имела серьезные последствия для беженцев. В 2022 году субсидии Всемирной продовольственной программы (ВПП) нуждающимся беженцам в регионе были сокращены. В некоторых случаях помощь сокращалась вдвое, в других случаях выплаты были полностью сокращены. Учитывая тяжелое финансовое положение беженцев и недостаток иностранной помощи, неудивительно, что Иордания и Ливан предприняли шаги по сокращению притока беженцев. 

Как видно, отказ Иордании и Ливана взять на себя долгосрочную ответственность за беженцев является главным препятствием на пути к созданию стабильного и благоприятного режима защиты беженцев.

Меморандумы о взаимопонимании не предоставили достаточных гарантий для беженцев и не создали механизмов для решения проблем крупномасштабного перемещения населения. Они ограничиваются поиском временных решений для беженцев во время их транзита через Иорданию и Ливан.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, можно сделать вывод, что отношения между Иорданией и Ливаном развиваются как в политическом, так и в экономическом аспектах, затрагивают новые области сотрудничества, такие как энергетика и электросистема, что может поспособствовать в будущем выходу на новый уровень в двусторонних отношениях между двумя государствами. 

Что же касается гуманитарной сферы, принимающие государства привержены сохранению вышеупомянутых меморандумов о взаимопонимании как единственной правовой основы для своей политики в отношении беженцев, несмотря на трудности с их реализацией, о чем свидетельствует поправка, внесенная Иорданией. Масштабы сирийского кризиса на данный момент блокируют все попытки внесения правовых изменений. Процесс пересмотра нового меморандума о взаимопонимании с Ливаном приостановлен, как и проект закона Иордании о всеобъемлющем режиме предоставления убежища. В этом контексте международная реакция на сирийский кризис беженцев будет определять будущую политику в отношении беженцев на Ближнем Востоке.

Ключевым аспектом этой политики является динамика между принципами ответственности принимающих государств и принципом глобального распределения ответственности. Меморандумы о взаимопонимании и их несовершенная реализация показывают, что принимающие государства готовы предоставлять необходимую защиту беженцам до тех пор, пока международное сообщество серьезно вовлечено в поиск долгосрочного решения.

Список литературы

1. Асатрян Г.Л. Особенности воздействия внешнеэкономического фактора на хозяйственные системы арабских стран (на примере Иордании, Ливана и Сирии), автореф. дис. … канд. экон. наук, специальность 08.00.14 <Мировая экономика> / Асатрян Георгий Левонович; [Дипломат. акад. МИД России]. Москва 2005. 25 с.
2. Куликова С.В. Особенности политики Ливана и Иордании в отношении сирийских беженцев // Инновации. Наука. Образование [сайт]. 2021. С. 1239-1252.
3. Вартанян А.М. Об энергетической сделке Египта, Иордании, Ливана и Сирии // Институт Ближнего Востока: [сайт]. 10.09.2021. URL: https://www.iimes.ru/?p=79623 (дата обращения: 15.01.2026).
4. Щегловин Ю.Б. О факторах, препятствующих реализации сделки по поставкам энергоресурсов в Ливан через территорию Иордании и Сирии // Институт Ближнего Востока: [сайт]. 24.03.2022. URL: https://www.iimes.ru/?p=84518 (дата обращения: 15.01.2026).
5. Бибикова О.П. Проблемы Ливана, Сирии и Иордании на фоне внешнеполитических изменений в регионе // Россия и мусульманский мир: научно-информационный журнал. 2023. № 3 (329). DOI: 10.31249/rimm/2023.03.06
6. Al-Ghazi A.K. Jordanian-Lebanese Relations In The Shadow Of Regional Alliances And Arab Axes 1953-1976 [Иордано-ливанские отношения в тени региональных альянсов и арабской оси 1953-1976 гг.]. 24 Feb 2017. P. 261.
7. العلاقات الأردنية - اللبنانية [Иордано-ливанские отношения] // المملكة الأردنية الهاشمية وزارة الخارجية وشؤون المغتربين . - URL: https://www.mfa.gov.jo/bilateral/26
8. Syria's Good Neighbors: How Jordan and Lebanon Sheltered Millions of Refugees [Добрые соседи Сирии: как Иордания и Ливан предоставили убежище миллионам беженцев] // The Washington Institute for Near East Policy. 28.09.2015. URL: https://www.washingtoninstitute.org/policy-analysis/syrias-good-neighbors-how-jordan-and-lebanon-she...
9. Generosity has limits: Who’s helping Lebanon and Jordan accommodate Syrian refugees? [Щедрость имеет пределы: кто помогает Ливану и Иордании размещать сирийских беженцев?] // World Bank Blogs. 22.05.2015. URL: https://blogs.worldbank.org/en/arabvoices/generosity-has-limits-who-s-helping-lebanon-and-jordan-acc...
10. Relations Between UNHCR and Arab Governments: Memoranda of Understanding in Lebanon and Jordan [Отношения между УВКБ ООН и арабскими правительствами: меморандумы о взаимопонимании в Ливане и Иордании] // The London School of Economics and Political science. 23.09.2016. URL: https://blogs.lse.ac.uk/mec/2016/09/23/relations-between-unhcr-and-arab-governments-memoranda-of-und...
11. الجالية اللبنانية تودّع رئيس بعثتها الدبلوماسية في الأردن (صور) [Ливанская община прощается с главой своей дипломатической миссии в Иордании (фотографии)] // الساعة. 23.10.2017. URL: https://alsaa.net/article-30124
12. President Aoun Meets King Abdullah II in Jordan: Arab Solidarity Needed in Face of Challenges [Президент Аун встретился с королем Абдаллой II в Иордании: арабская солидарность необходима перед лицом вызовов] // Almanara. 14.02.2017. URL: https://en-archive.almanar.com.lb/190925
13. Jordan Willing to Exchange Lebanese Water for Electricity [Иордания готова обменять ливанскую воду на электроэнергию] // Naharnet. 4.03.2019. URL: https://www.naharnet.com/stories/en/257180-jordan-willing-to-exchange-lebanese-water-for-electricity
14. Lebanese FM, Jordan's ambassador discuss joint cooperation [Министр иностранных дел Ливана и посол Иордании обсудили возможности совместного сотрудничества] // Ammon. 16.09.2021. URL: https://en.ammonnews.net/article/52761
15. Jordanian-Lebanese meeting to be held in Amman Wednesday [В среду в Аммане состоится иордано-ливанская встреча] // رؤية. 6.10.2021. URL: https://en.royanews.tv/news/67132/Tragedy%3A-Four-children-die-in-tent-fire-in-north-Jordan%E2%80%99...
16. Jordan, Lebanon discuss cooperation [Иордания и Ливан обсудили сотрудничество] // Trends. 1.10.2021. URL: https://trendsmena.com/business/jordan-lebanon-discuss-cooperation/
17. Lebanon, Jordan rekindle Brotherly ties [Ливан и Иордания возобновили братские отношения] // The Diplomat Insight. 19.01.2022. URL: https://thediplomaticinsight.com/lebanon-jordan-rekindle-brotherly-ties/
18. Jordan affirms “unwavering” support for Lebanon [Иордания подтверждает “непоколебимую” поддержку Ливана] // The Jordan Times. 28.03.2023. URL: https://jordantimes.com/news/local/jordan-affirms-%E2%80%98unwavering%E2%80%99-support-lebanon
19. Jordanian king, Lebanese PM urge int’l efforts toward Gaza truce [Король Иордании и премьер-министр Ливана призвали к международным усилиям по достижению перемирия в Газе] // NewsDaily. 5.11.2023. URL: https://www.dailynewsegypt.com/2023/11/05/jordanian-king-lebanese-pm-urge-intl-efforts-toward-gaza-t... 
20. Jordan to provide Lebanon with electricity as soon as it reaches agreement with World Bank [Иордания обеспечит Ливан электроэнергией, как только будет достигнуто соглашение со Всемирным банком] // LBC International. 29.03.2023. URL: https://www.lbcgroup.tv/news/lebanon-news/694586/jordan-to-provide-lebanon-with-electricity-as-soon/...
21. الصفدي: الأردن يقف مع لبنان لتجاوز تبعات المرحلة الماضية [Сафади: Иордания поддерживает Ливан в преодолении последствий прошедшего периода] // المملكة. 16.01.2025. URL: https://www.almamlakatv.com/news/159820-
22. السفيرة اللبنانية : علاقة الاردن ولبنان تاريخية ومتميزة ونهجهما قائم على الاعتدال [Ливанский посол: Отношения между Иорданией и Ливаном имеют историческое и выдающееся происхождение, и их подход основан на умеренности] // جفرا نيوز. 05.11.2018. URL: https://jfranews.com.jo/article/216779
23. توقيع اتفاقية الربط الكهربائي بين الأردن ولبنان عبر سوريا [Подписание соглашения о межрегиональном соединении электросетей между Иорданией и Ливаном через Сирию] // CNN Arabic. 06.01.2022. URL: https://arabic.cnn.com/business/article/2022/01/26/lebanon-jordan-syria-electric-agreement
24. Ливан и Иордания подписали соглашение о поставках электроэнергии // ISVEST: электрон. периодич. изд. 26.01.2022. URL: https://isvest.ru/livan-i-iordaniya-podpisali-soglashenie-o-postavkah-elektroenergii/

Информация об авторе

Кашенина Галина Валерьевна, кандидат исторических наук, доцент кафедры иностранных языков Института русского языка Нижегородского государственного лингвистического университета имени Н.А. Добролюбова, г. Нижний Новгород, Российская Федерация. 

Автор-корреспондент

Кашенина Галина Валерьевна, e-mail: dany.kloun@mail.ru

INTERNATIONAL RELATIONS

Original Paper

Jordan and Lebanon: 

Key aspects of bilateral relations (2011-2025)

Galina V. Kashenina ¹

¹ Nizhny Novgorod State Linguistic University, 

Nizhny Novgorod, Russian Federation, 

ORCID: https://orcid.org/0009–0009–2011–173Х, e-mail: dany.kloun@mail.ru

Abstract: 

In this article, the author examines the key aspects of relations between Jordan and Lebanon in the period following the onset of the Arab Spring in the Middle East, which affected Jordan to a lesser extent. The author analyzes areas of bilateral cooperation including political and diplomatic, trade and economic, and humanitarian cooperation. The development of bilateral cooperation is a particularly pressing topic of research in the modern world. Therefore, trade and economic interaction between these two countries is a significant factor in international politics. This article also highlights the most successful areas of this cooperation, which, after analyzing, lead us to conclude that this cooperation is mutually beneficial. The author aims to analyze the key aspects of bilateral relations between Jordan and Lebanon during the reign of Abdullah II - primarily from the onset of the Arab Spring until 2025, when Lebanon and Jordan resumed active interaction on the international stage. Abdullah II, who ascended the throne following the death of his father, Hussein ibn Talal, in 1999, attempted to rapprochement and deepen bilateral relations with Lebanon under Presidents Michel Aoun, Nijib Mikati, and Joseph Aoun.

Keywords: Jordanian-Lebanese relations, Arab relations, bilateral cooperation, trade and economic sector, Middle East, humanitarian cooperation, Syrian crisis, refugee crisis, principle of non-return of refugees, unemployment rate, Palestine Liberation Organization, Lebanese civil war, Gaza conflict, electricity for water, Egyptian gas, Memorandums of Understanding, UNHCR, International Labour Organization, World Food Programme, Abdullah II, Najib Mikati, Al-Khasawneh

References

Information about the author 

Galina V. Kashenina, Сand. Sci. (History), Assoc. Prof. of the Department of Foreign Languages of the Russian Language Institute of the Nizhny Novgorod State Linguistic University, Nizhny Novgorod, Russian Federation.

Corresponding author

Galina V. Kashenina, e-mail: dany.kloun@mail.ru  

Nauka. Obŝestvo. Oborona. 2026. Vol. 14, no. 2. P. 18–18.